Когда взрослый наблюдает за младенцем, то невольно приписывает ему собственные психические качества. Младенец смотрит на предмет, и мы склонны считать, что он видит в это время то же самое, что увидел бы на его месте взрослый. Ребенок тянется к погремушке, хватает ее и трясет, прислушиваясь к звуку. Мы приходим к выводу, что он узнал погремушку, вспомнил, что она издает звуки, и сообразил, что для этого ее нужно потрясти. Ведь так объяснялось бы в этом случае поведение взрослого. Но такое понимание психологических причин поведения ребенка не научно. Он еще не воспринимает предметы и их свойства и тем более не думает о них, не предвидит результатов своих действий. Восприятие и мышление только начинают складываться в младенчестве и не предшествуют развитию действий с предметами, а, наоборот, сами рождаются из этих действий.
Различение впечатлений младенцем. Уже с момента рождения ребенок различает некоторые внешние воздействия. Он отличает свет от темноты (что видно по повороту глаз в сторону света), звук от тишины (при резких звуках новорожденный вздрагивает). На втором месяце жизни установлено различение младенцем цвета, а различение предметов по форме с достаточной достоверностью удалось установить на третьем-четвертом месяце жизни. Очень рано, с полутора:двух месяцев наблюдается и отличение звуков человеческой речи от звуков, имеющих другое происхождение.
Зрительные и слуховые впечатления, которые получает младенец, привлекают его, о чем можно судить по зрительному и слуховому сосредоточению, выразительным движениям тела. При этом одни впечатления оказываются более, другие менее привлекательными или вовсе безразличными, третьи – даже пугающими (например, резкие звуки). Особенно привлекательные уже на втором-третьем месяце жизни впечатления, исходящие от взрослого человека – его лицо, улыбка, голос. Позднее младенец не только отличает впечатления, исходящие от взрослого человека, от других, но узнает знакомых людей, а следовательно, отличает их лица, голоса от других человеческих лиц и голосов.
Андрюша, Кирилл (0.7.0). Две недели лежат в больнице. Освоились с новым своим положением. Запомнили обслуживающий персонал отделения, хотя все ходили в белых халатах. Четко отличали постоянно работающих нянь, сестер и врачей. Особенно, конечно, нянь – они больше всех с ребятами. Однажды Кирюшу взяла из кроватки незнакомая няня. Он заплакал и стал тянуть ручки к своей постоянной няне. (Из дневника В. С. Мухиной.)
Мы знаем, что с четырех-пятимесячного возраста появление на близком расстоянии от ребенка предметов начинает вызывать направленные к ним движения, в конечном счете приводящие к хватанию, манипулированию ими, передвижению по направлению к ним (подползанию).
Все это, однако, свидетельствует только о различении разных впечатлений от окружающего мира, а не о восприятии предметов и их свойств, так как впечатления младенца лишены предметности и константности. Это как бы меняющиеся картинки, которые неизвестно откуда появляются и неизвестно куда исчезают, и эти картинки изменяются при изменении расстояния, положения предметов в пространстве.
То, что младенцы не относят свои впечатления к определенному предмету, было обнаружено в исследованиях: от ребенка в определенном месте прятали привлекательный предмет, а потом у него на глазах переносили и прятали в другом месте. Ребенок начинал искать предмет там, где увидел его впервые: он ждал повторения первоначального впечатления, не понимая, что оно было вызвано самим предметом.
Только в десять-одиннадцать месяцев дети в таких случаях начинают искать предметы там, где их спрятали в последний раз. Примерно к тому же возрасту у младенцев впервые обнаруживается константность восприятия. Если приучить ребенка к тому, что в большем из двух ящиков, имеющих одинаковый цвет и форму, всегда лежит привлекательная игрушка, он начинает выбирать этот ящик и ползти к нему независимо от того, какой из ящиков находится ближе. Следовательно, оценка величины предмета перестает изменяться в зависимости от расстояния.